Итернет-издание

Лапунюшкин аггел

Мальчик Лапунюшко на свете жил.

Сирота был сызмальства. Такой сирота, что и родителей не помнил.

По соседству от него, правда, тётка родна жила. Уж по матери или отцу, — то неведомо. А ведомо, что тётка была сердитая и ведьма.

Вот задумала тётка по сговору с чёртом Лапунюшку с пути праведного сбить да душу его погубить. Ей за то грязно дело Князь Мира медаль юбилейну и уважение обещал, нашивки ветерана да лычки старшей ведьмы.

И задумала ента погана ведьма Лапунюшку тщеславием да алчностью заразить. А там по наклонной пойдёт, и до острога рукой подать. А ей наследство и уважение.

Вот додумалась ему во сне являться и шептать-внушать, чтобы он себе дорогущи красны сапоги со скрипом купил на ярманке. Тама, на ярманке, сам царь тарился не брезговал со придомными енералами и горничными балетками...

Вот ведьма-то и гундела Лапунюшке кажну ночь: «Купи сапоги на каблуке! Все девки твои будут да приказны начнут кланяться! Тут-то ты и заживёшь! Тут-то ты и возвысишься!»

А Лапунюшко-от добрый был, работящий. Лапти хорошо плёл - тем и кормился. Кочедык-то ему от отца достался. А тому - от деда. А деду - от прадеда. А там, может, и ещё чего было, да никто не помнит.

Вот ведь как бывает. Отца не помнил, а память о нём жила в сердце сиротки нашего. Уж больно чисто-то сердце было. Памятью и красотою народной полно.
Лапунюшко хорошо зарабатывал. Но сапог не покупал - не признавал таку обувку да и прижимист был. Оно, конечно, фасонисто, да ногам духу нет, и портянки потом озонируют. А в лаптях-от нога как в трактире!

А меж тем ведьма не сдавалась! Кажну ночь ему являлась, загуба! Кажну ночь ему песни сахарно напевала, хуже полюбовницы!

Кажно через год али два добилась своего, поганка, уломала парня, взяла измором и посулами!

И пошёл-таки Лапунюшко на ярманку за сапогами. Выходить заране надо было, до городу - далеко. Да через лес, да болото. Ровной дороги совсем чуть, да и та у заставы.

Ну и решил сиротка перед дорогой Богу помолиться, свечку поставить.

И услышал Бог сиротку нашего да сказал Унтер-аггелу: «Лети, милай, дарагой, да Лапунюшку от ведьминой зазубы спаси! Ибо люб мне сирота скромностью! Муж сей хоть и млад, да праведности великой! Он харошай!»

Вот взмахнул Унтер-аггел крылами белыми, поднял пыль небесну да с облака в лес сграбастался. Навёл в лесу треску и шороху! Чисто метрионит!

А тама сияние свое убрал, валежником присыпал, лешим прикинулся. Хотя с трудом. К аггелам-то и грязь не липнет. Пришлось страшну рожу перед зеркалом тренировать. Ничего так. Срепетировал. Ажно сам два раза пужался. Икать начал...
Ну, а тут как раз пошёл Лапунюшко в лес да лешего липового и выглядел. Ох! Что тут стряслось-то! Побежал что есть мочи! Бежит, руками машет! Стра-а-ашно... Лаптишшами хлопат, по трясине чавкат, да знай прямо несётся, дороги-тропок не разбирая!

Да так сильно бежал, что почти у города и очутился!
А онуча-то возьми да размотайся. Наступил на неё Ляпунюшко, упал шибко! Да всю рожу о коренья-то расквасил.

Полежал чутка, в памяти сделался, сопли рукавом протёр да пошёл до ярмонки. Не назад же воротить, раз у самых ворот очутился!

Так его потом, на ярманке, с такой личностью, как купцы да прикашшики увидят, так жалеть начинают да скидку предлагать.

Лапунюшко походил пустым, отудобел да прицениваться стал.
Но сапоги всё равно не купил - тяжелы больно. Бегать в них несподручно в случае чего. Кеды купил. Они полегше.

А ведьма, как его кеды увидела, так от злости и лопнула. И засмеялся на облачке аггел белый, точно серебряны колокольчики ветерком тронуло...

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Background Image

Header Color

:

Content Color

: